Бывает, что не складываются обстоятельства, возможности и талант в стройную картинку успешности. Бывает, что жизнь обрывается на полуслове. И остаются только осколки — этой несостоявшейся жизни, не получившего широкой популярности творчества. Такова история Вени Д’ркина, локального героя 90−х годов и просто талантливого человека, не успевшего добиться признания в слепоглухонемой столице России.
Почему-то страшно традиционная ситуация — признание таланта только после его смерти. То ли без драматичных зрелищ нам духовный хлеб в горло не лезет, то ли, как писал Пушкин, мы просто «ленивы и не любопытны»… Но так или иначе, сегодня свердловского поэта, сказочника, барда и отчасти даже философа Веню Д’ркина знает гораздо больше людей, чем в годы его жизни. Ведь история получилась действительно драматичная, что, впрочем, автор предвидел:
Может, от любви,
А может, от зависти.
Не уберегли, не досмотрели…
Мой самолет был болен, тяжело болен,
Неизлечимо болен пароходиком в море.
До того, как имя Александра Литвинова — а на сцене Вени Д’ркина — впервые громко прозвучало в России, была у него обычная жизнь. Жизнь человека, который, наверное, понимал, что он необычный. Школа с золотой медалью, институт, армия, служба в конвое, потом в охране и в ракетных войсках, вагон с чем-то радиоактивным… Случается у нас такое в армии, если кто не знает. Потом дембель. Женитьба. Творчество.
В 1993−1994 годах дебютант Литвинов под взятым шутки ради псевдонимом Веня Д’ркин блеснул сначала на фестивале «Рок против наркотиков», а потом на ежегодном фестивале поэзии и авторской песни «Оскольская Лира», где стал лауреатом. Блеснул, плеснул рифмами и откатился, как волна, обратно в свой поселок Новолуганский Донецкой области. Кажется, забыли. Но в 1995 году история повторилась — Литвинов приехал на «Оскольскую Лиру» и снова вышел на сцену. Толпа вдруг зажужжала: «О! Это же Веня Дыркин!» В этот раз он получил гран-при, а странный ник прилип накрепко. Правда, тогда еще невозможно было предугадать, что имя Вени будет носить фестиваль, дважды в год проходящий в его честь в Москве, Санкт-Петербурге, Ростове-на-Дону и Воронеже.
О Д’ркине говорят, как о третьем после Александра Башлачева и Янки Дягилевой герое в отечественной рок-музыке перестроечного и постперестроечного периода. Можно спорить или соглашаться с эпитетом «гениальный», который остался с бардом, как и взятый когда-то напрокат ник, но то, что в его полиформатном творчестве каждый может найти что-то для себя и про себя — бесспорно. Сказки с философским оттенком, стихи, песни — все наружу, изнутри, насквозь. И это без какого-либо специального образования: автор ярких и колких рифм был выпускником факультета механизации сельского хозяйства. Особенно забавно то, что музыкальные произведения гитариста-самоучки Д’ркина с трудом воспроизводят профессионалы, несмотря на абсолютную гармоничность и легкость исполнения этих песен самим автором. Жесткий, пульсирующий ритм, просторечные, иногда даже непечатные выражения, едкий юмор и при этом удивительная глубина понимания бытия — такой коктейль придумал Веня для вытравливания равнодушия из очередного читателя.
Лети, лети, моя ласточка, пулей в висок.
Лети, лети, моя девочка, вали меня с ног.
Лети, лети, мое зернышко, не дай мне срок
Подумать о том, что я мог и что не успел.
Самобытное творчество, находящееся на стыке акустического рока и авторской песни, конечно, имело почитателей, но в целом как-то не до искусства и не до новых звезд было в середине 90−х. Все приезды Д’ркина в Москву с надеждой заключить контракт, дающий музыкантам путевку в мир широкой известности, заканчивались бесконечными отсрочками. Во времена туманных перспектив бард устраивал квартирники везде, куда его забрасывала жизнь (логично, что теперь ДрФест проводится в четырех городах России, включая обе столицы), писал сказки, создал группу под названием «Д’ркин Бэнд», в 1996 году записал первый альбом «Крышкин Дом». Ну и работал, конечно — в лучших традициях отечественных творцов, для которых еще невесть когда «настанет свой черед» — шофером, сторожем, оформителем…
Год 1997−й стал для Д’ркина ключевым: в это время он почти без перерыва ездит с небольшими концертами и квартирниками по городам России, набирает высоту как артист и автор, плотно общается с коллегами по цеху, налаживает связи. «Д’ркин Бэнд» в полном составе выступает в Москве, на празднике газеты «Вечерняя Москва», в рекордные сроки, за три дня, записывается второй альбом «Все будет Хорошо»… «Энергия концертов была такая, что казалось — все, наша «помощь» Д’ркину уже не нужна, буквально послезавтра он будет собирать стадионы», — пишут друзья поэта на посвященном ему сайте www.drdom.ru. Действительно, в это время карьера Саши Литвинова выходит из тумана. Но у судьбы в кармане оказался припасен нож — в конце самого успешного в творческом отношении года у Вени обнаруживают рак.
А дальше все покатилось под горку: финансовый кризис 1998 года, прогрессирующая болезнь, последние выступления в перерывах между химиотерапиями и смерть в 29 лет. Сначала шумной и глухой Москве было не до него, теперь не до популярности стало оглушенному ударом поэту.
Мимо суетливых дорог,
Мимо неосмысленных дат,
Мимо одиноких всех нас…
«В 1999 году, когда все закончилось, было непонятно, что же дальше? — рассказывает главный организатор ДрФестов, основатель Фонда Вени Д’ркина и его друг Петр Глухов. — Сообщество, спонтанно сложившееся вокруг творчества Дранти (так Веню называют друзья — прим. ред.), превратилось в Фонд Вени Д’ркина. В нем есть активное ядро, занимающееся реставрацией архива, выпуском дисков и организацией акций, направленных на популяризацию автора».
Концерты памяти Вени Д’ркина прошли в Ростове, Краснодаре, на Ставрополье, в Балакове, Копенгагене, Комсомольске-на-Амуре… В ноябре 1999−го Москва тоже, наконец, услышала и признала творчество навсегда оставшегося молодым исполнителя. Специально к мероприятию был выпущен CD «Вернулся с неба», сделанный по имевшимся в архиве записям. Вскоре вечера памяти превратились в фестиваль, проходящий в Москве, Санкт-Петербурге, Воронеже и Ростове-на-Дону дважды в год при участии известных музыкантов, поэтов, друзей Александра Литвинова.
К ноябрю 2006 года Фондом Вени Д’ркина были изданы практически все записи, оставшиеся от автора. Но триумфальное шествие ДрФестов по стране на этом не закончилось : XVI ДрФест «Полчаса до весны», прошедший в этом году в Центральном доме художника в Москве, принял в свои объятия более 500 поклонников творчества Д’ркина. Участвовала в ДрФесте и молодая поэтесса Аля Кудряшова, среди ЖЖ-пользователей более известная под ником izubr. Она выбрала эпиграфом к одному из своих произведений строчки из песни Вени Д’ркина «Непохожая на сны»:
И ты идешь по городу,
И за тобой летят бабочки…
Даже просторный и подталкивающий к официозу зал ЦДХ не нарушил камерности и той атмосферы единого дыхания, которая свойственна всем ДрФестам. «Большой квартирник» закончился действительно всего за полчаса до весны. В воздухе плыли слова одной из песен Вени Д’ркина:
Мой голос простужен,
Мой взгляд заморожен,
Жар меня душит,
Петь больно, и все же
Петь я вам буду
Про жаркое лето,
Потому что простужен
Весь мир наш нелепый…
Фестиваль ДрФест, посвященный поэту, умершему 9 лет назад, в этом году проходит в 16−й раз. Вся информация — на сайте http://www.drdom.ru/.
